96 >

[* Еще не опубликованная работа профессора Ауэра (я весьма
признателен ему за предоставленную возможность познакомиться с рукописью этой
работы) об автономности этики у Фомы Аквинского способствует лучшему пониманию
этической концепция Фомы Аквинского. То же можно сказать и о его статье на эту
же тему, озаглавленной "Is sin an insult to God?" (см. Библиографию).]
В то время как понимание греха как неповиновения является составной частью
авторитарной структуры, а значит, и модуса обладания, оно приобретает
совершенно иное значение в рамках неавторитарной структуры, основанной на
модусе бытия. Причем и это второе значение также подразумевается в
библейской истории грехопадения, что нетрудно понять, если по-другому ее
интерпретировать. Бог поместил человека в сады Эдема и предостерег от того,
чтобы вкушать плоды с древа жизни и с древа познания добра и зла. Убедившись,
что "нехорошо быть человеку одному", Бог создал женщину. Мужчина и женщина
должны были стать "одной плотью". Оба были наги "и не стыдились". Это
утверждение обычно интерпретируется с точки зрения традиционного взгляда на
проблемы пола, согласно которому мужчина и женщина должны, вполне естественно,
стыдиться своих неприкрытых гениталий. Однако едва ли в библейской истории
сказано только это. Такое утверждение может иметь и другой, более глубокий
смысл, а именно что, хотя мужчина и женщина лицезрели друг друга с головы до
пят, они не испытывали --да и не могли испытывать -- стыда, ведь они
воспринимали друг друга не со стороны, как посторонние, как отдельные индивиды,
а как "одна плоть".
Эта изначальная для рода человеческого ситуация радикально меняется после
грехопадения, когда мужчина и женщина становятся людьми в полном смысле этого
слова -- людьми, наделенными разумом, познавшими добро и зло, познавшими друг
друга как отдельные индивиды и осознавшие, что их первородное единство нарушено
и что они стали чужими друг другу. Они близки друг другу и все же чувствуют, что
разделены, отдалены друг от друга. Они испытывают глубочайший стыд: стыд оттого,
что видят друг друга "нагими" и одновременно чувствуют взаимное отчуждение,
невероятную пропасть, разделяющую их. "Они сделали себе опоясания", пытаясь тем
самым избежать всей полноты человеческих отношений -- скрыть наготу, в которой
они предстали Друг перед другом. Но стыд, как и чувство вины, не спрячешь за
фиговым листом. Они не сблизились друг с другом и в любви; возможно, они и
желали друг друга физически, но физическая близость не устраняет отчужденности
между людьми. И то, что они действительно не любили друг друга, проявляется в
том, как они друг к другу относятся: Ева даже не пытается защитить Адама, а
Адам стремится избежать наказания, обвиняя во всем Еву, а не защищая ее.

Следующая

96 >