58 >

правильно, а  в том,  чтобы правильно  действовать  и/или  воссоединиться  с
Единым в акте сосредоточенного созерцания.
     Противоположность этому составляет  главное направление западной мысли.
Поскольку она  надеялась  найти высшую истину в правильной мысли,  то акцент
был сделан на мышлении, хотя правильное действие тоже  было признано важным.
В религиозном развитии что вело к формулировке догматов, бесчисленным спорам
о догматических формулировках, к  нетерпимости к "не-верующему" или еретику.
Далее, это вело к подчеркиванию "веры в бога", как основной цели религиозной
установки. Это, конечно,  не значит, что  в западной мысли не было понятия о
том, что надо жить правильно. Но все же человек, который  верил в бога -даже
если он не жил по-божески - чувствовал себя более высоким,  чем тот, кто жил
по-божески, но не верил в бога.
     Сосредоточение  внимания  на  мышлении  имеет еще и другое, исторически
очень важное, следствие. Идея, что можно найти истину в мысли;
     ведет не только  к  догме, но также и к науке  В научной мысли главное;
что  имеет значение, это правильная  мысль, как в  аспекте  интеллектуальной
честности, так и в аспекте применения научной мысли к практике  -то  есть, в
технике.
     Короче  говоря,  парадоксальная мысль  ведет  к  терпимости и усилию  в
направлении самоизменения.  Аристотелевская  точка  зрения ведет  к  догме и
науке, к католической церкви, и к открытию атомной энергии.
     Последствия различия между этими двумя точками зрения на проблему любви
к богу уже  достаточно полно показаны и необходимо только кратко суммировать
их.
     В  преобладающей  на Западе  религиозной  системе любовь к богу  это  в
сущности  то  же,   что  и  вера  в   бога,  в  божественное  существование,
божественную  справедливость, божественную  любовь.  Любовь  к  богу  это  в
сущности мысленный  опыт. В восточных религиях  и в мистицизме любовь к богу
это напряженное чувственное переживание единства,  нераздельно соединенное с
выражением этой  любви  в  каждом жизненном действии.  Наиболее  радикальная
формулировка  этой цели дана  Мейстером Экхартом: "Если бы я  превратился  Б
бога и он сделал меня единым с собой, то если б я жил по-божески, не было бы
между нами различия. . . Некоторые люди воображают, что они увидят бога так,
как  если бы он стоял  здесь, а они там, но так не  может быть. Бог и я:  мы
одно. Познавая бога, я принимаю его в себя. Любя бога, я проникаю в него"21.
     Теперь   мы   можем  вернуться  к  важной  параллели  между  любовью  к

Следующая

58 >